ГлавнаяФедерацияСДЮСШОРШкола ЯковичаПерсоналииКалендарьТурнирыФотоСсылкиСофтПрессаБлагодарностиГостиТворчествоКонтакты

Светлой памяти Максима Сорокина


CВЕТЛОЙ ПАМЯТИ МАКСИМА СОРОКИНА


Тольятти, 30.06.2007

 

 
Юрий Якович, гроссмейстер
Мне трудно писать эту статью. До сих пор не могу поверить в то, что 30 июня этого года Максима Сорокина не стало.
О Максиме (друзья часто пользовались сокращением - Макс) можно рассказывать долго. Если бы он не стал профессиональным шахматистом и тренером, то наверняка в России появился бы способный математик или физик. В пятнадцать лет Максим стал одним из победителей Всероссийской математической Олимпиады, и в те же 15 лет он окончил школу и поступил в один из сильнейших ВУЗов страны  - Московский Физико-Технический Институт. Максим был талантлив во всем. Он в совершенстве владел английским и испанским языками, собирался выучить французский, но не успел... Его красивый, сочный русский язык с правильными ударениями, по моему мнению, является недостижимым идеалом для абсолютного большинства «звездных»  российских телеведущих.   
Первый раз за доской я встретился с Максом в далеком 1980 году. С тех пор мы часто играли в одних турнирах, с 2003 года выступали за одни и те же российские клубы, вместе работали с женской сборной и детьми. Моя жена, также знакомая с Максимом больше 20 лет, в шутку начала сравнивать, где мы проводим больше времени - в семье или на совместных турнирах и сборах. На что Макс, в своей манере, пошутил: «Ревнуешь, наверное».  Не слишком многословный с незнакомыми людьми, с друзьями Максим раскрывался. Интеллигентность и тонкое чувство юмора делали его великолепным собеседником. Об интеллигентности Макса ходили легенды. Максим никогда ни на кого не кричал, даже если ход и тональность разговора ему не нравились. Тем не менее, он всегда был способен отстаивать свою точку зрения. Максим  в любой момент готов был оказать помощь, тонкой ненавязчивой шуткой поднять настроение. Его искренность и порядочность притягивали и детей, и взрослых. 
Максим совмещал занятия шахматами с блестящей учебой в школе и институте. Возможно поэтому, а также из-за мягкости характера и природной доброты, он не смог показать те спортивные результаты, на которые был способен.
 Игру Максима отличали  точный расчет вариантов, тонкое понимание позиции, великолепная эндшпильная техника, а глубокое понимание шахмат, способность генерировать новые идеи и энциклопедические знания помогли Максу стать великолепным тренером и секундантом. Максим никогда не занимался саморекламой, но его успехи в тренерской деятельности на порядок выше, чем у многих «раскрученных» тренеров.
По признанию четырехкратного победителя Всемирных шахматных Олимпиад и двукратного чемпиона мира в составе сборной России, участника матчей претендентов Сергея Рублевского, он не смог бы добиться таких успехов, не помогай ему Макс на протяжении долгих лет.
Подъем шахмат в Индии на качественно новый уровень неразрывно связан с работой в этой стране Максима Сорокина в начале века. И поколение шахматистов, пришедшее в сборную вслед за Анандом, и юные дарования - Сахадж Гровер (чемпион мира до 10 лет 2005 года),  Шринат Нараянан (чемпион мира до 12 лет 2005 года), Паримарджан Неги, выполнивший гроссмейстерский норматив в 13 лет, с огромной теплотой и благодарностью вспоминают Максима.
Я был счастлив, когда в 2004 году Максим принял предложение поработать вместе со мной с женской сборной России. Он был просто незаменим в команде. Можно было быть на 100% уверенным, что пока необходимая работа по подготовке участников команды не будет проделана, Максим не отправится отдыхать, даже если это будет вторая или третья бессонная ночь подряд. Сергей Рублевский как-то заметил: "Просыпаюсь утром - а Макс уже что-то смотрит. То ли он уже встал, то ли вообще не ложился..."
Почти два года Максим Сорокин вместе со мной проработал в «Школе гроссмейстеров» города Тольятти. В том, что в «провинциальную» школу с, прямо скажем, не самыми большими финансовыми возможностями стремились попасть талантливые дети со всей страны – огромная заслуга Максима Сорокина. Чемпион мира (до 10 лет) и Европы (до 12 лет) Санан Сюгиров,  чемпион Европы (до 10 лет) Арсений Шурунов, чемпион России (до 10 лет) Дарсен Санжаев, чемпион Европы и России по активным шахматам (до 12 лет) Сергей Савицкий – вот далеко не полный перечень юных шахматистов, побывавших на занятиях Максима. Жаль, что по объективным причинам мы не могли принять всех стремившихся к нам детей.
Именно на очередную сессию в Тольятти  ехал из Элисты 23 июня Максим, когда водитель на трассе Элиста - Волгоград не справился с управлением машины на большой скорости и попал в страшную аварию. Ночью Максиму была сделана операция на обеих ногах, а в следующие два дня мне удалось пообщаться с ним по телефону. Максим был полон оптимизма и строил планы на будущее. Я не могу судить о том, какие осложнения произошли дальше, но сообщение о смерти Макса, пришедшее 30 июня, повергло всех в шок.
В последнее время все друзья радовались за Максима. Он был счастлив в семейной жизни, ожидал рождения ребенка, и вдруг Макса не стало. Светлая ему память.
 
Гроссмейстерская школа, Тольятти, 2006
 


 



 

Роман Овечкин, гроссмейстер
С Максимом я познакомился в Аргентине в 1998-м году – команда УГГГА в составе 1.Шариязданов 2.Овечкин, 3. Мотылев 4. Штанчаев представляла на командном первенстве мира до 26-ти лет сборную России. Он уже там жил, поэтому бескорыстно предоставил нам свои услуги как тренера команды. В результате нам удалось занять третье место, несмотря на отсутствие в команде запасных и 50% очков, набранных на 4-ой доске. Выглядел исключительно интеллигентно, был нас всех постарше, но запрещал общаться с ним «на Вы» и звать по имени отчеству – только Максим или Макс.
Еще в начале 90-х про него мне много рассказывала Наташа Тетрадзе – отличный парень, исключительно образованный, в 15 лет окончил школу, поступил в МИФИ, в совершенстве владеет английским языком – читает на нем наизусть Шекспира; рассказывала также много разных забавных и интересных историй. В 1998-м он вернулся в Свердловск, практически сразу женился на Наталье и купил однокомнатную квартиру.
В 2003-м году я жил с ним в одном номере на Аэрофлот-опене. Не могу сказать, чтобы он мне сильно помогал, так как за помощью я особо и не обращался – он всерьез боролся за призы, после 7 туров имея 5,5 очков. У меня в этот момент был всего лишь «полтинник». Однако в последних двух турах он проиграл, мне же удалось одержать победы, догнать его по очкам и выполнить первый гроссмейстерский балл. Помню, что периодически он показывал мне какую-нибудь позицию и спрашивал мою оценку, после чего либо соглашался, либо продолжал задавать вопросы, к примеру: «А чем так плох этот слон?». Безусловно, Максим помог мне улучшить позиционное понимание. Одной из его привычек было налить себе 50 граммов коньяку и пить их в течение трёх-четырёх часов, периодически предлагая мне присоединиться к дегустации для нормализации давления.
В прошлом году мы с ним очень много общались: съездили на турнир в Капелль – там, несмотря на то, что жили в разных гостиницах, вечера регулярно проводили вместе. Обсуждали партии, будущих противников...
 
За 15 минут до отъезда из Капеллы-2006



 

В конце прошлого года мы съездили также на турниры в Челябинск, Ханты-Мансийск, Салехард. Хотя жили в одном номере только в Челябинске, общались постоянно. С ним было удивительно комфортно – он всегда готов был помочь, поделиться своим опытом и знаниям при подготовке к партиям, при составлении письма в другую страну... Он много рассказывал о своих поездках, в основном веселые и поучительные истории. Вспоминал, как в первый свой выезд на турнир за границу он, чтобы железно остаться в плюсе, заключил «страховку» с несколькими друзьями... в сумме на 120% первого приза. Занял первое место и остался в плюсе лишь потому, что друзья тоже неплохо выступили...
 
 
Челябинск 2006, с победителем челябинского этапа Кубка России Пашей Понкратовым.

 


Челябинский Арбат. «Подайте бедным шахматистам»

Он умел молчать, хотя стремился к общению, любил находиться в компании друзей, приятелей, при этом редко говорил, предпочитая слушать и тихонько посмеиваться себе в усы... Всегда хорошо выглядел и был исключительно корректен – не могу себе представить шахматиста, который мог бы отозваться о нем неуважительно как о человеке. У него был исключительно мягкий юмор и отличное владение русским языком. Осенью прошлого года, в слякоть мы с ним ходили покупать билеты до Салехарда, потом встретились с Таней (будущей женой) – она спросила: почему у нас ботинки забрызганы, хотя у неё они чистые. Последовал молниеносный ответ: «Потому, что ты ходить не умеешь».  
В августе прошлого года, на турнире в Сухуми он познакомился с Таней. Они полюбили друг друга и поженились. В конце сентября у них должна родиться дочь. У двух детей (у Макса был сын от предыдущего брака) пропал кормилец...

 

Сухуми 2006. Макс и Тагильчане. Рядом будущая жена Таня.

 
Александр Щетинин, тренер
МАКС
(стоп-кадр)
Нет дня после ЕГО ухода, когда я не вспомнил о НЕМ и всякий раз лишь один вопрос мучает меня – а что если бы?! Что было бы, вернись он после матчей в Элисте на школу Спасского?! Почему вдруг понадобилось менять формат этой школы, после прекрасно прошедшей зимней сессии?! Как бы сложилась судьба МАКСА, не сосватай его мы с Мишей Архангельским в Аргентину «за туманом», в начале девяностых?! Зачем было так гнать в аэропорт?! И, наконец, что в этой цепи случайностей и закономерностей привело ЕГО судьбу к столь трагической развязке?!
В общении с людьми, которым доверял, ОН был простым и естественным. На прямой вопрос отвечал прямо, не юля и не уворачиваясь. Но ОН не был открыт нараспашку и не всякого пускал в свой мир. Никогда не плакал в жилетку, не распространялся о бедах. Не лез с дружбой, но и не подпускал на ближнюю дистанцию. Если что-то хотел узнать, то делал это не навязчиво и корректно.
После Аргентины мы перешли «на ты». Оттуда ОН вернулся взрослым. Разница в возрасте не имела значения для меня, и я попросил ЕГО ради простоты называть меня Сашей или Константинычем. «Хорошо Саш», - только и ответил ОН.
Никогда не задавал формальных вопросов о здоровье, а если спрашивал о семье и детях, я видел в его светлых глазах живой, неподдельный интерес.
Как-то я выдал банальность: «Макс, вы с Мишкой настоящие командные бойцы», а он огорошил: «шахматы не командный спорт», - и глянул в глаза своим  выразительным взглядом. Я не нашёлся, что ответить и занялся самоанализом, но как ни копал, так и не мог понять эпатаж это, или, правда?! Вся его командная практика говорила об обратном. Последний, кто уходил из игрового зала, был ОН. Никогда не просил замены, не жаловался на усталость, не ныл, как некоторые, играл все самые ответственные матчи. Мог анализировать отложенные партии до «потери пульса» и помогал в подготовке всем, кто бы его не просил.
В «Хорде» ОН играл на третьей доске, после Миши Улыбина и Сени Двойриса, впереди Сереги Рублевского, Руслана Щербакова и Сережи Шипова, - отличный был коллектив. Командные результаты Макса, в районе 70-80% очков, повергали соперников в стресс, и они шли на партию с ним, как на заклание. Его победа в решающей партии  полуфинала Европейского Кубка над Аршаком Петросяном в Балатон-Берени, надолго запомнилась всем, кто её видел.   
МАКС был человеком общения. Думаю, в общении Он видел смысл своей жизни и в частности, в общении с друзьями. Наверно ОН не любил одиночества, поэтому часто играл в тяжелых, малоприбыльных турнирах, лишь бы не выходить «из процесса». Каждый раз, встречая его, я спрашивал: «Ну что МАКС, едем в Капеллу»? Даже ГРАФ и Миша позволяли себе перерыв на год - другой от знаменитых «капельских фуршетов»,  а ОН говорил: «Едем» -  и это место встречи изменить было нельзя. Атмосфера тусовки, перманентного застолья, старых знакомств и новых встреч, притягивали ЕГО. В эти минуты ОН сбрасывал с себя груз ответственности и забот, становился легким и естественным.
Только ОН мог найти НАС в глухой венгерской деревушке темной южной ночью в доме «на отшибе», зная только одно мадьярское слово «кёсэнэм», (спасибо). Что творилось, как мы были рады этому ЕГО поЯВЛЕНИЮ, не возможно передать словами. ЕГО ждали из Аргентины лишь на следующий день, а ОН не мог позволить себе ни одной минуты без НАС и, не дождавшись утра, рванул из Будапештского аэропорта в темноту, ночь, неизвестность. ЕГО тискали, обнимали, пожимали руки, - затем пили вино. А потом прощались с НИМ на пустом перроне после окончания турнира, как смотрел ОН на нас, возвращавшихся домой,  и как тяжело ЕМУ было расставаться на пять долгих лет.
«Макс – гений»!!!  Этот восторженный крик «молодого Рубля», донесшийся из полуоткрытой двери гостиничного номера, я услышал в Питере в начале 93-го. Не знаю, что так возбудило Серёгу, вариант ли найденный Максом в отложенной позиции или что ещё, но я с ним полностью согласен. Мои дочки, Аня и Маша, которым я рассказал об этом случае, каждый раз завидев молодого красивого человека, шпыняли меня в бок и хитро улыбаясь, шептали: «Макс-гений идет, ОН все знает»!
Да, ОН был гением, но тихим, не публичным. Никогда не лез в центр событий, не выпячивался «в кадре». Перебираю групповые фотографии и на большинстве из них ОН где-то сбоку.
Говорят – если человек талантлив, то талантлив во всем. Немногие знали о ЕГО талантах. Будучи скромным, не выставлял их на показ, слава ЕГО не щекотала. Думаю, даже не сделав свой первый шахматный ход, ОН стал бы Гроссмейстером в любом деле.
Обладая прекрасной памятью, ОН при этом был творческой личностью, находил новое в дебютах, вариантах, двигал теорию. В Аргентине к знанию английского языка прибавил немецкий и испанский. Там же подрабатывал давая сеансы одновременной игры вслепую. Кстати, в связи с этой гранью его таланта, году в 99-ом с ним в Челябинской шахматной школе случился казус. В рамках некоего интернетовского шоу с примерным названием «Бой Руслана с Головой» (голландской программой) – ОН давал сеанс вслепую трем лучшим ученикам, которые по случаю оказались моими. И пока Руслан Щербаков громил в отдельной комнате виртуальную гидру, МАКС в зале при большом стечении публики, разбирался с ожесточенно отбивавшимися «школярами». Когда матч закончился вничью (1,5:1,5) и начался разбор полетов, ОН отметил упорство защитников, указал на неточности и сказал, что те могли бы сыграть успешнее. «Могли бы, играй мы взрячую», буркнул один из учеников. МАКС раскрыл рот от удивления... и искренне восхитился такой потрясающей ПОДСТАВОЙ. ОН всегда уважал профессионализм, партнера с которым  играл и никогда не демонстрировал мускулы  -  для него не было слабых соперников.
Через два с половиной года один из участников того действа тринадцатилетний Паша Понкратов, сам давал сеанс вслепую на 12 досках участникам юношеского первенства Греции, и за 3 часа 40 минут разобрался с ними – 9\3  (+6, = 6).
Последнее время ОН скорее был тренером, чем игроком, и я  радовался, что им с Русланом не надо гробить свое здоровье мотаясь в Индию. Появилась возможность достойно зарабатывать на Родине, тренируя наших детей. В январе в Сатке  на школе Б.В.Спасского они показали настоящий тренерский КЛАСС -   создали концепцию, сделали новый набор, выпустили книжку с материалами сессии. Будущее им благоволило. Но что-то не срослось, телега громыхнула и рухнула в наезженную колею - все вернулось к истокам, как любит говорить уважаемый Борис Васильевич. В июньской сессии Макс видимо не нашел для себя места и уехал тренировать элистинских ребятишек...  в последний раз.
Были ли у него недостатки?!? Да, наверно были, но плавно переходящие в достоинства, а кто без них? Я их называю «бесами». Они вылезают в самый неподходящий момент, когда «переберешь» например, а на следующее утро с удивлением узнаешь о себе много нового. В этом смысле МАКС не был исключением. Единственное, что ЕГО отличало от других, так это неподдельная радость, когда ОН узнавал о своих  « художествах». Но как я представляю сейчас, ОН видимо слегка подыгрывал нам, демонстрируя амнезию.            
Оплакивая ЕГО, мы оплакиваем себя. Это у нас, ЕГО отобрали. Это нас лишили общения с НИМ. Это мы никогда не пожмем ЕМУ руку и не скажем: «Здорово, МАКС!».
 А НАС У НЕГО, УЖЕ НЕ ОТНЯТЬ!!!
Ты на нас смотришь с фото внимательно,
Светлых глаз  
                        удивленным взором.
Мы ЗА СЛОВО тебе ПРИЗНАТЕЛЬНЫ,
ЗА СОВЕТ,
                   что был дан без укора.
      ЗА ТЕРПЕНИЕ
                                и ПУД СОЛИ,
      Что под пиво и воблу съели,
      ГОДЫ ДРУЖБЫ,
                                     СЧАСТЛИВУЮ ДОЛЮ –
      Ах, как быстро они пролетели.
В этом кадре мы не случайно,
Собрались
                  и придумали встречу,
Варианты срослись нечаянно –
Один раз
                на целую вечность.
      Вспышка! Блиц –
                                   и окончена встреча.
      Кто ушел,
                        кто стоит в кадре новом...
      Прав поэт был – ЕЩЕ НЕ ВЕЧЕР,
      Это значит – МЫ ВСТРЕТИМСЯ СНОВА!     
 ДРУЗЬЯ!  Или, все считающие себя таковыми. Или те, кто прочтет эти строки -  лучшего места почтить память МАКСА, чем Капелла,  не найти, поэтому место встречи изменить нельзя! До встречи в 2008-ом.
 О3.08.2007 года

 



 



 

С А.Щетининым и М.Улыбиным, Москва, 2004


 
С А.Щетининым и "Графом" Е.Глейзеровым


 
С сестрами Ирино и Мариной Бараевыми, Сатка, 2005


 
С А.Тюриным, Р.Щербаковым, А.Харловым, И.Ибрагимовым
 
 
В Объединенных Арабских Эмиратах, 2000
 
 
В ОАЭ, 2000
 
Николай Оглоблин, международный мастер                                           
С ухода Максима прошло уже 40 дней  и, тем не менее, в это до сих пор невозможно поверить. Кажется, что все было невзаправду, что вот-вот придет Макс и, как обычно, посмеиваясь, объяснит, что слухи о его смерти преувеличены.
Максим был удивительно разносторонним и любознательным человеком. Его интересовало буквально все: от философии и астрономии до каких-то обыденных вещей (скажем, починки водопроводного крана). Причем он не удовлетворялся изучением теоретической стороны вопроса, а, как правило, стремился применить полученные знания на практике. Если к этому добавить, что он был  настоящим интеллигентом, эрудированным, чутким, отзывчивым человеком, с врожденным чувством такта,  готовым в любую минуту придти на помощь, умеющим находить компромисс, и, в то же время, знающим себе цену,  а также  Гроссмейстером и Тренером, то, наверное, и это будет далеко не полный портрет...
Мне посчастливилось близко общаться с Максимом недолго, но за это время он многому меня научил. Научил не бояться трудностей, философски относиться к неудачам, выдержанности и многому другому. Я  уж не говорю, сколько для меня  и моих подопечных сделал Максим в профессиональном плане! Особо я ему благодарен за Игоря Лысого, ставшего гроссмейстером, во многом благодаря его помощи. Когда в мае этого года Игорь покупал квартиру в Тагиле, то одним из главных критериев выбора стало то, что она находилась в одном квартале с жильем Максима.
Максим обладал ценнейшим, на мой взгляд, качеством педагога (которого не хватает многим)- чувством такта. Он, общаясь с учениками или просто шахматистами,  не пытался продемонстрировать свое превосходство, даже тогда, когда оно было бесспорно. А еще он был очень терпеливым (важная черта характера при работе с детьми!). Максим умел и любил делиться знаниями.
Максим был человеком, к которому тянулись люди.  Он очень любил детей, особенно не «взрослых». И дети отвечали ему той же монетой. Моя девятимесячная дочь, вообще подозрительно относящаяся к людям, а к незнакомым - особенно, с первого прихода Максима к нам в гости (в сентябре 2006-го)  не только пошла к нему на руки, но и очень уверенно принялась дергать его за бороду. Счастливы при этом были оба.
Когда у меня появился сотовый телефон, он повел себя несколько странно: при каждом удобном случае начинал звонить на сотовый Макса. Сначала  Максим потешался над этим, но только до тех пор, пока его телефон не начал отвечать моему  телефону автономно, без участия хозяина. Тут мы решили, что с этим ничего нельзя поделать, так как у наших средств связи возникли потусторонние взаимоотношения.
При всем жизнелюбии Максима, странно было довольно часто слышать от него о загробном мире. О том, что будет с ним после смерти. Даже тут он демонстрировал свое любопытство – говорил о том, что неплохо  там пообщаться с великими умами – Стейницем, Ласкером. Узнать у них, что они думают о современном развитии теории. Макс был уверен, что они посмеиваются оттуда над нашими потугами постигнуть суть Игры...
За последний год Максим, казалось, обрел подлинное  счастье. Тем удивительнее то, какие страшные и нелепые неожиданности преподносит иногда жизнь для лучших своих представителей.
У меня  постоянно возникало чувство недоговоренности, недосказанности после любого общения с Максом...
 
 
 


Отправить: